Эль Иерро. С прибытием на край Земли

На край земли

9 апреля в час сорок пять «Lady Mary» отшвартовалась в марине Ла Пальма и с устойчивым легким галфиндом взяла курс на остров Эль Йерро — самый край земли, как считалось во времена Колумба.

В 11 утра берег был уже как на ладони.

После захода за северо-восточный край острова кто-то неожиданно выключил рубильник с ветром, и «Лэди Мэри» сникла всеми парусами в 12 милях от марины Рестинга.

Покрутившись на месте под хлюпанье стакселя, мы развернулись на 90 градусов и поехали в берег. Приближение к земле почти вплотную дарит новые эстетические удовольствия: видно каждый грот и морщину в вулканических обрывах. Отчетливо зеленеют кусты и даже деревца, которым «северный климат» позволяет расти. Удивительно, что в каких-то 12-ти милях к югу на склонах не увидишь даже захудалого пучка травы.

Прямо по курсу нас ожидала маленькая бухта поселка городского типа Ла Калета.

Якорь надежно зацепился за песчаное дно на глубине 10 метров, а мы на радостях сразу спустили на воду тузик.

К берегу

С моря видны культурно выложенные камнями площадки, стенки и подъемы к дороге и домам. В океан спускается несколько лестниц разной степени ржавости. Настя не вытерпела и сгоняла на веслах до берега. По возвращении юнга ликовала: «Мама, папа, там бассейны! Я хочу туда, поехали!»

Мы немного остудили пыл дочери, предположив, что это какая-нибудь частная территория, и чужакам купаться запрещено. Но на разведку все-таки поехали.

К превеликому детскому счастью пляж оказался муниципальным, чистым и на редкость облагороженным. В комплект входят душ, зеленые насаждения и три бассейна (в том числе детский) с морской водой и голубыми стенами. Объявления настоятельно рекомендуют не нырять с бортика и оставить домашних питомцев снаружи. Под навесом устроен алтарь с Божьей Матерью (есть, где народу помолиться, если нужда застанет прямо на пляже).

Людей, к счастью, совсем мало. Несколько тихих компаний загорают, пожилая подтянутая дама наматывает километры профессиональным кролем.

Пока дети купались до синевы, а капитан читал на яхте, старпом несколько раз перевязывал тузик, пришвартованный как раз к той лестнице, откуда байдарочники (один) любят спускать на воду суда, а дайверы (трое) – погружаться.

За этими швартовочными тренировками я познакомилась с Питером — немцем из Франкфурта, зимующим на-Эль Иерро. Смеясь, он рассказывал, что этот остров — лучшее место на свете, потому что недалеко, по-европейски чисто и, главное, малолюдно. Он радушно предложил подбросить нас до аэропорта, за машиной напрокат (похоже, их выдают только там). Я любезно отказалась, сославшись на капитана. Так, за разговорами, мое мастерство по вязанию узлов и спасению лодочки от прибойной волны было отшлифовано и закреплено намертво.

Сумерки наш экипаж встречал в кокпите. Мы зажгли медный якорный фонарь (тот самый, старинный и тяжелый, который любит во время сильной качки выламывать дверцу шкафчика) и устроились на мягких подушках валяться, музицировать и болтать под крики чаек.