Shit-круизинг и другие особенности якорной стоянки в Дакаре. Сенегал под парусом

Особенности якорной стоянки в Дакаре. Shit-круизинг 😉 Пролог АААА!!!! УУУУУ!!!! А ну, геть отсюда! – ору я, что есть мочи, прыгая вокруг грот-мачты в нижнем белье и размахивая руками. Бум! Бум! Трям! Трям! Бараба-бах! — вторит мачта, сталкиваясь с металлической кастрюлей. Но танцы с бубнами производят эффект только на соседей по якорной стоянке, которые нервно пытаются вызвать мне неотложку, укрывшись в своих салонах. Гагара же (как оказалось, это был баклан), будь она неладна, лишь лениво взглянула на меня с краспицы и снова мечтательно уставилась вдаль... Разные виды shit-деятельности Бывает шит-дайвинг, — это когда ты после погружения в лазурные воды, насмотревшись кораллов и пестрых рыбок, всплываешь, полон волшебной неги.... А какие-то прекрасные люди на соседнем катере тем временем опорожнили танки, пардон, с дерьмом. И все это кружит вокруг, подобно детенышам морских черепашек. А бывает шит-круизинг. Сегодня у нас – он. Это когда ты выходишь утром на палубу, и понимаешь, что делать тебе, собственно, там нечего, потому что эти удивительные птицы (дай бог им здоровья!) опорожнили свои кишечники прямо тебе в кокпит. А теперь дружно продолжают гадить с мачты. И то, что ты скачешь вокруг в одних трусах, орешь и стучишь по мачте кастрюлей, их нимало не смущает. И плевать они хотели, что наша палуба уже и без того воняет точно так же, как и соседние полумертвые остовы давно заброшенных яхт. Со вздохом спускаюсь надеть хотя бы юбку, а то как-то неловко в неглиже изгонять из дома птеродактилей . Теперь предстоит операция “анти-shit”. Мы со старшей юнгой настраиваемся на нее полдня. Уже приготовили шпатель, чтобы подсохшее на солнце shit отскрести, пока оно сухое. А потом уж отмывать остатки забортной водой, после чего отмывать от палубы забортную воду пресной, не забывая экономить последнюю. Прозрачный спрэй-худ (вернее, неделей раньше он был прозрачным) Другие особенности дакарской якорной стоянки 1. Про shit-круизинг мы уже упомянули. 2. Если ветер задувает немного с берега, в ваши окна воняет канализацией и тухлятиной с расположенного поблизости рыбного рынка. Вносят свою лепту и гниющие у кромки воды водоросли. Побережье у якорной стоянки CVD 3. Откуда бы ни задувал ветер, он приносит коричневый песок, по сравнению с которым все песчаные ветры Канаров – детские шалости. Песок внутри и снаружи. Он покрывает полки и постели, забивает поры чехлов для парусов и динги. 4. Вода в заливе, понятно, грязная. Купаться не надо, да и не хочется. Француз с одной из яхт погружался по какой-то необходимости в море – загноились все мелкие порезы и царапины, кои он нажил в многотрудную свою яхтожизнь. 5. «Платкоподобные» (как прямоугольные платочки 50х70) водоросли в большом количестве. То, что они плавают повсюду, в общем, ерунда. И даже на якорной цепи зелень смотрятся очень живенько. Но вот, когда водорослями забивается канализационное отверстие – хуже. Это влечет полдня приключений, и, вероятно, дайвинга. Так случилось у наших яхто-друзей вот с этой лодки: Но неприятные особенности якорной стоянки на вышеперечисленном заканчиваются :). А теперь — чистый сенегальский колорит: 1. Утром, днем и вечером, строго по часам (в 5:00, для верности — в 5:30, потом еще раз, затем в 14:00, около 17-ти и 19:30) раздается громогласное: – УУллааа-ААА! Аллах акбар! Умммм – ааа! — И так три раза. Мулла отвечает за побудку и призывает население к молению. Громко, в рупор и так вдохновенно, что, злые дУхи в страхе шарахаются прочь от мечети и ее окрестностей. 2. Утро буднего дня отличается от выходного громкими гудками автомобилей, звучащими почти непрерывно. Ну, так принято в африканских, азиатских и, подозреваю, латиноамериканских странах – ездить не по правилам, а по звукам. Кто громче дудит, тот и проезжает первым. Некогда им заморачиваться на сигналы светофора и приоритет помехи справа. Дакарский мини-бас, он же маршрутка. Проезд стоит 100 франков (около 12 руб). 3. В вечерних сумерках после завывания муллы и положенных молебнов начинаются африканские хоры. Мужские и женские голоса ритмично поют по ролям африканские песни. Иногда почти до рассвета (в ночь с пятницы на субботу последние голоса стихают к 6 утра). Представляю людей, сидящих в кругу – рыбаков, их жен, ребятишек, языки пламени (хотя, скорее всего, там болтается на проводе какая-нибудь неоновая лампа) и танцы с бубнами :). Всегда жутко интересно на это посмотреть! Но ночью водное такси не ходит, а коли спустишь на воду динги – отмывать придется долго. 4. Навязчивых посетителей нет. Рыбаки снуют вокруг, но улов не навяливают, торговцы-попрошайки не одолевают. Однажды к яхте подъехал таможенный катер. Служивые поднялись на борт, постояли в кокпите, проверили документы и сказали: “Можете 3 месяца в Сенегале гостить. Спасибо. До свидания”. «Корвет» Неподалеку от CVD — прекрасный ресторан “Корвет” с французской и русской (!) кухней, прохладой, красотой и самым вкусным в мире каппучино. Его делают со свежайшими только что приготовленными натуральными сливками. Хозяйку зовут Наталия, и она – замечательная! За 40 лет жизни в Сенегале Наталия повидала многое — выживала, растила дочь, шила эксклюзивную одежду посольским женам. А последние 30 лет они с мужем-французом держат этот уютный ресторанчик. Вход в ресторан «La Korvette» у якорной стоянки CVD в Дакаре Общение с Натальей и другими представителями русской диаспоры обогатило наши дакарские якорные будни. Хозяйка ресторана «Корвет» Наталия с нашей юнгой Ладой На днях будем уходить в устья сенегальских рек . Говорят, по ним можно зайти вглубь черного континента на 100-200 км. Яхты и птицы на якорной стоянке CVD Вывеска ресторана «Корвет»